О подходах к сдерживанию продовольственной инфляции  рассказал основатель агрохолдинга «Моссельпром», депутат Госдумы Сергей Лисовский.

— Недавно объявлены несколько новых мер по сдерживанию роста цен на продукты, включая ограничения экспорта мяса птицы, яиц, твердой пшеницы, облегчение ввоза в РФ куриного мяса и яиц. Насколько, по вашему мнению, эти инициативы оправданны и какого эффекта можно ожидать?

— Хотя министр сельского хозяйства Дмитрий Патрушев говорил президенту об отсутствии экономических предпосылок для роста цен на мясо птицы, они все же были. Развитие такое ситуации можно было предвидеть. Производители в течение многих месяцев сталкивались с ростом себестоимости из-за удорожания импортной техники, оборудования, материалов и резкого роста цен на дизельное топливо. Обо всем этом докладывалось Минсельхозу, но до последнего времени всех все устраивало.

Кроме того, рост цен был вызван увеличением покупательной способности населения и объемом потребления. Ограничения экспорта в таких условиях — самое простое чиновничье решение, которое при общем предложении мяса птицы в 5 млн тонн не даст эффекта. Зато создаст России репутацию ненадежного поставщика, перечеркнув многолетние усилия по выходу на иностранные рынки.

— Какие могут быть альтернативы?

— На первом этапе правильным будет открытие возможностей для иностранных производителей поставить в РФ определенный объем без пошлин. Но это должно быть строго временным. Пошлины на экспорт зерна вводились на время для стабилизации внутренних цен, а сейчас уже рассматриваются Минсельхозом как постоянные.

В целом нужно стимулировать производство. В последние годы на рынке мяса птицы был профицит, и сейчас компании опасаются расширять мощности. Стоит подумать над возвратом отмененных субсидий для производителей бройлеров, что поддержит компании в условиях роста затрат. Но и возможности Минсельхоза также ограниченны. К примеру, министерство не может вмешиваться в вопросы реализации продукции.

— Недавно в правительстве снова заговорили о необходимости производителям и сетям заключать долгосрочные договоры на поставки. Насколько это может быть эффективно?

—Торговые сети не заинтересованы в фиксации объемов в долгосрочных договорах, хотя там прописывается обязанность производителя поставить партии товара и штраф за недопоставку. Сейчас в Госдуме рассматриваем законопроект, разрешающий штрафовать поставщика за невыполнение заказа сети, только если производитель согласился выполнить этот объем заказа.

— Вы упомянули пошлины на экспорт зерна. Какой сейчас видите эффект от этой меры?

— Одно дело — выступать как регулятор и арбитр, так работают ответственные за сельское хозяйство органы во многих странах, устанавливая жесткие правила игры. Другое дело — вмешательство в бизнес, чем в последние годы увлекся Минсельхоз.— При таком урожае, как в России, надо вывозить как можно больше. Цены на пшеницу в ряде регионов снизились до уровня себестоимости и ниже. В моей родной Курганской области пшеница третьего класса стоит около 12,5 тыс. руб. за тонну при себестоимости 12–13 тыс. руб. за тонну, хуже ситуация за Уралом.

Из-за введенных квот на экспорт зерна сократилась конкуренция среди трейдеров. Если на юге страны в хозяйства раньше могли приходить 30–40 потенциальных покупателей, то теперь — единицы, а в отдельных регионах доля крупных трейдеров может быть близка к монопольной.

Зато, направляя полученные от экспортных пошлин деньги аграриям, Минфин может отчитываться о расширении господдержки сельского хозяйства, хотя фактически деньги до того были изъяты из отрасли.

— Некоторые эксперты говорят о все большем вмешательстве государства в АПК. Как считаете, это так? И насколько такой подход оправдан?

— Одно дело — выступать как регулятор и арбитр, так работают ответственные за сельское хозяйство органы во многих странах, устанавливая жесткие правила игры. Другое дело — вмешательство в бизнес, чем в последние годы увлекся Минсельхоз.